Все терпеть не могут зарядки

Я - тоже. Они трудные, нудные, ничегошеньки в них нет развлекательного. Если не трудно - значит наступило привыкание, и надо переходить на более сложный уровень. Но, гораздо более вероятный вариант - что организм как-то исхитрился, и начал халтурить, и делать упражнение более удобно и менее эффективною

Но я в них обреченно верю. Это у нас семейное выражение такое: "Обреченно верить". Это когда нет другого выхода, кроме как поверить, потому что жизнь сто раз доказала, что это работает. Сначала заставили что-то сделать родители, потом пару раз заставила себя сама. А потом увидела, что это такая неизбежнось: сделаешь что-то сто раз, и оно запомнилось, стало лучше, принесло результат.

Я верю своему тренеру и реабилитологам. Сто раз они давали мне невзрачные, при этом неудобные, трудные упражнения, и я думала: "Вот это вот должно решить мою проблему?" Но смиренно делала. Я попросила, мне дали, я делаю.

12 лет назад, при помощи упражнений из школы зрения, я научилась видеть мир вокруг почти ровно. Хотя глаза мои видят все прямые линии изогнутыми. (С тех пор, как из глаз поудаляли образования, такие же, как то, что два года назад разбомбило мой спинной мозг.)

10 лет назад что-то случилось с моим коленом, и я поти три месяца немогла наступить на ногу. Спасли меня упражнения из нейоргимнастики.

Два года назад, после моей операции на спинном мозге, сначала что-то случилось с правой рукой. Она начала "падать", я теряла над ней контроль, ее очень страшно сводило, и от этих спастик невозможно было избавиться часами. В это время тренер Эна дала мне несклько упражнений, которые я делала. Пыхтя и скрипя, потому что некоторые из них нужно бло делать, лежа на коврике. А мне тогда было очень трудно вообще на этот коврик лечь. И тем более - с него подняться.

Но, нет худа без добра, пока делала, научилась ловко вставать.

Я, опять и снова, делала эти упражнения со смесью неверия и этой самой обреченной веры. Упражнения, как обычно, были странные. Проводим рукой до туда, потом отводим туда. И, как обычно, сначала ничего не происхоило. Я их делала. Ничего не происходило. Потом вдруг высвободились каких-то дополнительных полтора сантиметра, на котрые я могла отвести руку без боли. Не успела я это отметить, как прибавилось еще. Потом боли стало меньше. И дальше улучшения пошли рывками, и через какой-то месяц я забыла про все эти проблемы.

Межд у тем я вспомнила, что колено-то вылечили давно. Но, с тех пор, я завела привычку вообще никогда не прыгать, а также не приседать. И еще ряд движений не делать. Потому что в этих движениях колено нервно побаливало, и я боялась снова его разбередить.

Поэтому я (сама себе "злобная Буратина") решила попросить у Эны еще и упражнений на колено. Сказано-сделано.

Индикатор моих отношений с коленом - ежедневная уборка кошачьего лотка. Я уже давно усаживаюсь перед ним на коврик, чтобы спокойно там убраться. Потому что просидеть перед ним нужное время на корточках я не могла. А тут я начала нормально там присаживаться, и совсем даже не страдаю, если эта миссия занимает подольше. (Потому что кошки там творчески самовыразились.)

Потом у меня начала барахлить левая рука. (А я упражнения на руки все еще делаю. Но тут они оказались бессильными!) Рука тоже начала очень сильно болеть, даже в состоянии покоя. Так, что я не могла спать по ночам. Тоже начала "Падать" среди каких-то движений. Во время рисования кисть руки вдруг разжималась, и падала тыльной стороной на стол. При этом я, конечно, роняла ручку или карандаш. А если рисовала красками, то кисть вываливалась из руки, и пачкала мой рисунок. Я также плохо прошла моторный тест у невролога. И тот, испугавшись, назначил МРТ головы и шеи. Там обнаружили, что к прочим поломкам, вызванным операцией на спинном мозге, прибавилась межпозвоночная грыжа. Ее хватало, чтобы вызвать все эти симптомы. Но она была не достаточно серьезна, чтобы "лезть туда оперативно". Особенно с учетом того, что там уже было много страшного, стоит титановый спондиодез, и так далее.

Более того, врач сказал мне, что, если буду хорошо себя вести, у меня есть шанс и грыжу эту умньшить, и боль побороть.

Мне назначили очень приятную физиотерапию на весь декабрь. А еще я пошла - та-дааа! - к Эне. И сказала, что те стары упражнения для рук я все еще делаю. Но они мне тут никак не помогают. И она дала мне новые.

Прошло полтора месяца, и рука стала падать в два раза реже. И совсем немножко увеличился диапазон доступных жвижений. Потом боль начала отступать. Там было много улучшений, и теперь, где-то 3.5 месяца спустя, от боли моей осталось где-то 5%. (Только, когда я кладу руку за спину.) Да. Я снова кладу руку за спину. А не могла даже просто сделать "руки в боки". Падать рука совсем перестала. В домашних заданиях по изоляции меня хвалят, что руки снова начали двигаться симметрично. А радиологи торжественно сообщили, что моя межпозвоночная грыжа уменьшилась на треть. (С октября.) И они теперь оптимистично смотрят в будущее. Врач сказал: "Каких-то полгода - 8 месяцев, и она наверное совсем исчезнет".

При помощи едежневных упражнений я супер быстро научилась снова рисовать, писать, наливать воду в стакан, не убив ни воду, ни стакан, ни кого-то из окружающих. Стоять, и даже поднимать при этом руки. Ходить, неся в руках какие-то предметы. (Даже бьющиеся.) Ходить, залезать на стул, и (главное) слезать с него, не сломав ногу. Приседать (тут я еще в процессе, есть куда расти.) Поворачиваться вокруг себя. Крутить головой на улице, чтобы посмотреть, с какой стороны едет машина. (А не поворачиваться ради бокового взгляда всем торсом.) Ложиться на пол. Вставать с пола. Снимать и надевать свитера и футболки (не застряв там навсегда). И многому другому.

В самом начале моих занятий изоляцией (около 4 лет назад) мы обнаружили, что моя грудная клетка маловато раскрывается. (Маловато для моей возрастной нормы.) Опять же: меня научили, как это замерить, все замерили и записали. Дали упражнение. Я его начала делать каждый день, и через полгода мой грудной отдел позвоночника начал раскрываться на 2.5 см больше.

После операции я вернулась в прежнее состояние. Из-за всего: месяцев без движеия, операции на позвоночнике. Но я вернулась к упражнениям где-то через четыре месяца. И сейчас вернулась в раскрытие, которое было до болезни.

И это - не все примеры. Мне просто уже писать надоело.

Вы наверное скажете: "А не задолбали вас все эти зарядки?"

Да не то слово! Сейчас (последние года полтора) я просто пытаюсь организовать все так, чтобы их было не более часа в день. Но час этот остался. Да, скучно-трудно. Но разве можно их бросить, глядя на все эти результаты? Оно ведь помогает. Там, где больше ничего не помогает. И, знаете что: иногда я им радуюсь, искренне. Потому что, во-первых, я думаю: "Вау, я могу это сделать. А два года назад я этого не могла, и вообще еле на ногах стояла. У меня огроменная куча функций пнрибавилась. И я каждый раз радуюсь, когда ими пользуюсь. А еще - я делаю и знаю, что в этот момент что-то становится лучше.

P.S. По мнению очень многих ортопедов 90% ортопедических операций можно было избежать, если бы пациенты согласились регулярно делать зарядки. Но людям легче лечь под нож, чем заставить себя делать пару упражнений каждый день. И, главное, очень часто эти операции не помогают. Только прибавляется симптомов, от самого вмешательства. Но люди продолжают искать простой выход, когда доктор сделает что-нибудь, и оно пройдет.