Помощь беженцам и не только - для многих "лекарство для души".

Из нашего телевизора льются такие вот шутки: "Количество желающих помогать беженцам пугающее, власти не знают, что с ними делать. Подумывают оградить места, где ходят беженцы, заборчиком. Но эти люди лезут отовсюду, подбираются к вокзалу и зданию сената со всех сторон, через задние дворы."
А так же: "Состоятельные люди отдают беженцам ненужную одежду - большинство беженцев радостно оделись в "Гуччи" и "Армани", и теперь их совсем никому не жалко. Это вредит их имиджу. Подумываем о том, чтобы выдавать разрешение на пожертвования беженцам только бедным."

На самом деле это правда - количество желающих помочь - огромно. И количество пожертвований - тоже. Я это тоже еще помню из тех времен, когда мы только приехали. Сначала мы были очень рады! Мы приехали и приземлились в общежитии, и через короткое время въехали в свою квартиру. Но у нас не было ни-че-го. И через пару недель у нас появилось все - ложки-вилки, тарелки, кастрюли, сковородки, и даже стиральная машина. Все это было конечно подержанное. Более того - большей частью очень обшарпанное. Но оно работало и оно появилось. И одежды нам надарили. А том числе полный набор одежды для нашего ребенка, сразу на целый год вперед. Через некоторое время мы поняли, что нам надо как-то выбираться из этого, потому что нам с таким напором пытались дать чего-то еще, чего нам совсем уже было не нужно - трудно было отбиваться. Так же появилось стойкое ощущение, что народ просто расхламляется, и подхватил удобную моду "выбрасывать ненужное в нашу сторону". У каждого, если порыться, найдется куча всего, что давно уже не нравится ил надоело. Местами выбросить жалко, потому что оно еще не сломалось, а просто надоело. А некоторые вещи (вроде мебели, стиральных машин и крупных приборов) еще нужно везти на специальную свалку. Либо, если не хочешь везти сам, надо платить немалые деньги, чтобы это забрали. А если позвонить в какую-то церковь, или в красный крест, и сказать что хочешь отдать беженцам - организуют машину и заберут, еще спасибо скажут.
В общем - тут конечно всем польза, и как все такие вещи, это может местами разливаться и выходить из под контроля, и становиться какой-то стороне в тягость. Поэтому прихдится прикручивать гайки. И вывешивать списки, чего больше не надо везти, потому что все в этом тонут.

С едой тоже так вышло: сначала, когда беженцы просто стояли голодные на улице, пришел фудшеринг и просто раздал им кучу даренной еды. Как вы уже знаете, фудшеринг - это такая штука, где каждый все делает на свой собственный страх и риск. Еду отдают просроченную или на грани, и забирающий сам должен решать, считает ли он это еще пригодным к употреблению. Сам же решает, стоит ли это кому-то дарить. И принимающий в подарок тоже должен полагаться на свой нос и глаза, и чутье, и решать сам. Никаких гарантий, никаких сертификатов. и в случае чего - никаких ответственных.

Через пару дней во всех "горячих точках", где чего-то ждали эти беженцы, поставили по кухне. И стали людям раздавать завтрак, обед и ужин. И после этого первым делом "выгнали" фудшеринг, попросив их не тащить сюда больше такие количества еды. То, что нужно готовить, кухня не принимает. Естественно - не имеет права. Оно же без гарантий. Людям еду разрешили дарить только упакованную, и не просроченную. Т.е. такую, за которую еще готов отвечать продавший ее магазин. Желательно вообще, имея при себе еще чек о том, откуда взяли.

При этом люди все еще еде рады - несмотря на существование кухни. Дети рады конфетам, люди рады свежим фруктам и всяким десертам и закускам, которые можно съесть между делом.
И хотя люди приносят и дарят много подержанной одежды, людям часто не хватает чего-то, и в куче подаренного они не могут этого найти. Либо размер не тот, либо не хватает каких-то вещей, которые дарить не принято: носков, нижнего белья.

Тогда народ начал организовываться другим способом. Например, один из участников фудшеринга (продавец недвижимости, у которого есть немного свободного времени, и очеьн хотелось поднять какой-то значимый проект), начал собирать деньги через фейсбук, и покупать на них свежую упакованную еду, телефонные карточки, подарочные купоны, на которые можно в недорогом магазине купить нужную одежду, включая всякое белье. И начал носить это все к зданию сената, где все еще появляются беженцы, которые только что приехали и "сдаются".
Набрал на сегодняшний день тридцать четыре тысячи евро!

Он в фейсбуке пишет смешные истории о том, как они скупают весь магазин. Местами опустошенные полки не успевают заполнить к следующему дню, т.к. они все запасы скупили, которые были в магазине. :-) И все подарочные сертификаты, которые были на кассе. :-)

Сейчас все говорят о том, что "сильный поток беженцев наверное скоро закончится, а желающие помочь только разгоняются". Так что пока ни у кого нету ощущения, что беженцы всех "объедают". Наоборот, помощь им превращается в популярное хобби.

Тут много разговоров о том, что "общество потребления зажалось, и люди покупают очень много всего, чего им совершенно не нужно!" И это правда. Но это нельзя просто так взять и выключить: взять и перестать покупать, потреблять, грести эти вещи. Это стало для многих самым популярным развлечением, снимателем стресса, утешением, чуть ли не религией. Чтобы от такого просто отказаться, людям нужно что-то, чем это заменить. Проекты, в которых они могут помогать другим, покупать и добывать для них, тратиться на них - неплохая замена. Это тоже снимает стресс и лечит душу, потому что у людей есть ощущение, что они делают что-то хорошее и полезное.

По той же причине люди бросились работать с беженцами: заниматсья с детьми, кто чем может, давать бесплатные уроки немецкого, развлекать, устраивать праздники и.т.д.
По статистике сейчас 36% немцев где-то регулярно бесплатно работают и помогают в социальных проектах. Это почти 30 миллионов человек. (Эта статистика, естественно, охватывает не только помогающих беженцам, но и тех, кто бесплатно помогает работать с инвалидами, стариками, детьми из неблагополучных семей, и.т.д.)

P.S. Марко со своим проектом - вот. (Если кому любопытно, или хочется помочь.)